За свою долгую жизнь (он скончался в 1959 году в возрасте 91 года) Райт успел трижды жениться, стать отцом семерых детей, довести до белого каления десятки клиентов и нажить огромные долги, которые не мог выплатить. И все же его вера в собственный гений оставалась непоколебимой, пишет NYP_

Однако, как утверждается в новой книге, возможно, главным достижением Райта стала его способность оправиться от сокрушительной личной трагедии, которая сломала бы любого менее волевого человека.

В книге Кейси Шермана «Убийца и Фрэнк Ллойд Райт: реальная история массового убийства в раю» (The Killer and Frank Lloyd Wright: The True Story of Mass Murder in Paradise) подробно описываются жуткие события 1914 года. Местом трагедии стало имение Талиесин в штате Висконсин, которое Райт спроектировал для главной любви всей своей жизни — Марты «Мэй-ма» Бортвик.

«Я называю это гибридом "Ромео и Джульетты" и "Сияния", — рассказал автор книги Кейси Шерман в интервью The Post. — Это преступление, не имеющее аналогов в истории, которое — как ни странно — сегодня оказалось почти полностью забыто».

Любовный побег и первый секс-скандал Америки

Фрэнк впервые встретил  Мэй-ма в Оук-Парке (штат Иллинойс) в начале 1900-х годов, когда он возглавлял инновационное архитектурное направление, известное как «Школа прерий». Типичный дом Райта отличался пологой крышей, широкими нависающими карнизами, открытой планировкой и горизонтальной лентой окон — всё это разительно отличалось от викторианских особняков, популярных в то время в этом зажиточном пригороде Чикаго.

Мэй-ма — женщина, которую Шерман описывает как «беззаботную, жизнерадостную и интеллектуально любознательную», — была замужем за одним из клиентов Райта, прижимистым бизнесменом Эдвином Чейни, от которого родила сына и дочь.

Сам Райт в то время чувствовал себя запертым в браке с Кэтрин «Китти» Тобин, на которой женился в 22 года. Он жаловался, что Китти слишком поглощена воспитанием их шестерых детей, чтобы быть для него интересным и внимательным компаньоном. Когда жена наотрез отказалась дать ему развод, Райт осенью 1909 года бросил Иллинойс и убедил свою элегантную любовницу бежать с ним в Европу. Шерман называет последовавшую за этим бурю в прессе «самым ранним секс-скандалом с участием знаменитостей в Америке».

В Берлине пара поселилась в отеле Adlon, надеясь на уединение за тысячи миль от родины. Однако предприимчивый зарубежный корреспондент газеты Chicago Tribune подкупил клерка отеля и заглянул в гостевую книгу, где обнаружил запись: «Фрэнк Ллойд Райт с супругой, Чикаго». На следующий день на первой полосе Tribune красовался заголовок: «Бросили семьи: побег в Европу. Архитектор Фрэнк Ллойд Райт и миссис Эдвин Чейни из Оук-Парка шокировали друзей».

Американские священники, политики и редакторы газет клеймили влюбленных как порочных прелюбодеев. Райт и Мэй-ма были вынуждены снова переехать — на этот раз на уединенную виллу в горном городке Фьезоле близ Флоренции. Там архитектор погрузился в изучение классической итальянской архитектуры, а Мама начала карьеру переводчицы, переводя на английский труды шведской феминистки Эллен Кей.

Их итальянская идиллия продлилась едва ли год: Райту пришлось вернуться в США, чтобы зарабатывать деньги на содержание большой семьи. Мэй-ма осталась в Европе еще на несколько месяцев, решив прожить отдельно от мужа два года, чтобы получить законное право на развод.

Талиесин: убежище для влюбленных

Вернувшись в Оук-Парк и вынужденно деля дом с Китти, которая настаивала на сохранении брака, Райт начал мечтать о воссоздании итальянской жизни на родине. Он задумал построить дом для себя и Мамы на холме в Спринг-Грин (штат Висконсин), недалеко от мест, где родился.

Усадьба получила название Талиесин (в переводе с валлийского — «сияющий лоб»). Особняк из камня и дерева на территории в 800 акров был спроектирован так, чтобы полностью сливаться с окружающим ландшафтом. Он стал не просто семейным гнездом, но и мастерской для молодых архитекторов и ремесленников.

Мэй-ма  всячески поддерживала Райта и убедила его взяться за грандиозный проект развлекательного комплекса Midway Gardens в Чикаго. Пока Фрэнк работал над заказами, она оставалась в Талиесине, занимаясь переводами.

Кровавая суббота

15 августа 1914 года выдалось душным субботним днем. Райт находился в Чикаго, спеша сдать проект Midway Gardens в срок. Мэй-ма села обедать на застекленной веранде Талиесина вместе со своими детьми — 12-летним Джоном и 8-летней Мартой, которые приехали к ней на выходные. В соседней столовой обедали шестеро плотников и чертежников.

Джулиан Карлтон, которого Райт нанял в начале лета в качестве разнорабочего и дворецкого, подал холодный суп. А затем — без единого слова — выхватил спрятанный под курткой небольшой топор и нанес Мэй-ма удар сзади, буквально расколов её череп. Следующим ударом он мгновенно убил юного Джона, после чего погнался за кричащей Мартой, которая пыталась выбежать на улицу. Во дворе он схватил девочку за волосы и забил до смерти.

Затем Карлтон запер дверь столовой, где обедали рабочие, облил её бензином и поджег. Мужчины внутри оказались перед страшным выбором: сгореть заживо или прыгать из окон навстречу Карлтону, стоявшему внизу с топором. Выжить удалось только двоим.

Мотивы убийцы

Что спровоцировало эту кровавую бойню?

«Совершенно очевидно, что у него было недиагностированное психическое заболевание», — объясняет Шерман.

Жена Карлтона, Гертруда, работавшая в поместье кухаркой, позже рассказала, что её муж несколько месяцев вел себя странно: взрывался от ярости без причины и просыпался по ночам с криками, что приближаются враги. Он начал постоянно носить с собой топор «для самообороны».

За несколько дней до трагедии один из чертежников, Эмиль Бродель, в приказном тоне потребовал, чтобы Карлтон (который был чернокожим) оседлал его лошадь. Когда тот отказался, Бродель оскорбил его на расовой почве. После этого Карлтон заявил жене, что хочет уволиться. Мама Бортвик расстроилась из-за их ухода, и супруги согласились остаться, пока им не найдут замену.

Когда Карлтон окончательно потерял рассудок, Бродель оказался среди тех, кто погиб в огне. Соседи, прибежавшие тушить пожар, обнаружили убийцу прячущимся внутри печи — перед этим он выпил соляную кислоту. Карлтон скончался в тюремной камере через семь недель от истощения (кислота сожгла ему пищевод), так и не дожив до суда.

Жизнь после катастрофы

Для Райта случившееся стало сокрушительным ударом. «Всего тридцать шесть часов назад я уехал из Талиесина, оставив всех живыми, дружелюбными и счастливыми, — писал он позже в своих мемуарах. — И вдруг этот удар обрушился на меня подобно молнии».

Райт настоял на том, чтобы похоронить Мэй-ма возле местной часовни в Талиесине. Когда простой сосновый гроб опустили в могилу, он попросил всех уйти. Архитектор сам засыпал могилу землей и часами сидел рядом, оплакивая жестокий финал их пятилетней борьбы за право быть вместе.

Даже после смерти любовница Райта не избежала издевательств со стороны консервативного общества. Так, газета Ogden Standard в штате Юта вышла с циничным заголовком: «Ужасная судьба Мэй-ма Бортвик в её "бунгало любви": женщина, которая осмелилась жить вопреки общественным правилам поведения, столкнулась с катастрофой спустя всего несколько лет».

«Общество преследовало их, но они никогда не стеснялись объяснять тем, кто готов был слушать, как сильно они уважают друг друга, — говорит Шерман. — Фрэнк и Мэй-ма были ментальными близнецами».

Оглушенный одиночеством, Райт вскоре бросился в новые, крайне болезненные отношения с психически нестабильной художницей Мириам Ноэль, которая стала его второй женой. И лишь спустя 10 лет после трагедии, в 1924 году, когда Райт встретил свою третью и последнюю супругу — танцовщицу из Черногории Ольгиванну Лазович, — величайший архитектор Америки смог снова обрести то счастье, которое когда-то познал с Мэй-ма Бортвик.